Ненависть у нас в крови?

Не в силах больше выдержать насилие, Йозеп и Каспар расстреливают всех находящихся в школе прямо посреди учебного дня. Собственные одноклассники унижали, били, оскорбляли парней, и поддержки не было ни от учителей, ни от родителей, которые видели проблему конфликта в слабости и неспособности своих чад ответить достойно, «по-мужски». Друзья не щадят никого: Каспар хладнокровно убивает даже свою бывшую девушку, бросившую его из-за отношения коллектива к их паре. Уничтожив всех учеников, Йозеп и Каспар договариваются застрелиться на счет «три». Йозеп нажимает на курок, а Каспар так и остается стоять с пистолетом, приставленным к голове, напевая песню «Я не умру вам назло».
Фильм «Класс». Режиссер Ильмар Раага. 2007 год.

Сюжеты обоих фильмов навеяны режиссерам событиями 1999 года в американской школе, где произошло массовое убийство, организованное двумя учениками.

Очень часто взрослеют не через счастье, а через опыт несчастья. Оценивая других с учетом лишь внешнего вида, возраста и положения в обществе, ученики обыкновенной школы издеваются друг над другом: прибегают к личным оскорблениям, побоям, прилюдному унижению, насилию. Так взрослеют три простые московские девчонки. Невероятная бездушность в отношениях с однокашниками и с родителями заставляет девочек стать старше и снять розовые очки.
Фильм «Все умрут, а я останусь». Режиссер Валерия Гай Германика. 2008 год.

В одном обыкновенном классе, как и во всех остальных, существует группа лидеров и группа изгоев. Но одного мальчика постоянно притесняют так называемые «крутые ребята». Нет, они его не бьют, не поджидают за гаражами, как в фильме «Класс», например. Морально раздавленный своими «друзьями» парень терпеливо сносит все унижения. И вот в один день, после нескольких тяжелых лет беспрестанных гонений, прямо на уроке с выражением абсолютного хладнокровия на лице он бросается с ножом на  одного из обидчиков, как только тот вновь начинает задираться, и убивает его.
Реальное ЧП в школе, номер которой не разглашается по этическим соображениям.

Неужели лишь на такое отношение друг другу способно наше поколение? Неужели ненависть к своим сверстникам у нас в крови?
Вполне вероятно. Однако этот вирус избирателен и пока, к счастью, не так ярко выражен среди подростков России. Ну, в сравнении с Западом.

Сухая статистика «мокрых» дел 
К примеру, на запрос в Интернете «массовые убийства в школах России» выдается информация о трагедиях за границей. 
Так, по данным одного новостного сайта, массовые убийства в школах и вузах США происходят регулярно. И действительно, стоит только вспомнить кровопролития в школе «Колумбайн» (1999), в Виргинском политехническом институте (2007), в университете Северного Иллинойса (2008), где в сумме погибло около 60 человек и более 80 были тяжело ранены. Самое ужасное, что эти потрясшие всех  «кровавые бани» породили волну подражаний:  бойня в Йокела (2007, Финляндия), в Каухайоки (2008, Финляндия), в школе Виннендена (2009, Германия). Попытки вооруженного захвата учебных заведений с последующим убийством неоднократно повторяются во Франции, Канаде. Почти всем виновникам этих ЧП на момент совершения преступлений было около 18 лет.
В нашей стране жестокость подростков чаще всего ограничивается избиением слабого (порой весьма жестоким!) с целью унижения и вымогательства денег, а также «для развлечения» — отснятые на слабые камеры мобильников видео жутких драк неплохо расходятся в Интернете.
Это, конечно, тоже не может остаться не замеченным, не задевать за живое, не волновать. Но ведь по сравнению с массовым расстрелом целой школы слабовато, да?

«Мы не бессердечны!»
Эссе учеников десятого класса 62-й  школы на тему «Мои моральные ценности» показало: авторы всех работ считают совесть и милосердие к ближнему важными составляющими своей личности, а каждый второй уверен, что человек, прежде всего, должен быть добродетельным.
И это не пустые слова, ведь мы доказываем их своим личным примером.
В нашей 62-й школе никогда не возникает настоящих конфликтов. То, что мы называем происшествием, обычно сводится к разоблачению списывания, ссоре подруг, не поделивших последнюю булочку в столовой или случайному толчку налетевшего на тебя малыша.

«Удивительно! Я работаю в этой школе уже двадцать пять лет, и мне даже не удается вспомнить ничего действительно шокирующего или ужасного», — рассказывает учитель химии Ольга Борисовна, почетный работник образования. — «Разве можно назвать настоящей школьной разборкой шутливые драки шестиклассников? Это даже не драка — так, ребячье баловство: один другому щелбан даст, погоняются друг за другом и разойдутся».

Действительно, в нашей школе никогда не слышно раздраженных злобных криков учеников — только крики бурной радости, веселья, ну, или недовольства оценками. Конечно, подчас можно услышать и споры, и ссоры, но крайне редко. Как и все нормальные люди, мы иногда обижаемся, сердимся друг на друга, порой даже злимся, но стараемся сдерживать свои негативные эмоции, держать себя в руках.  Несмотря на то, что толпа учеников действительно разношерстна, мы как-то уживаемся. И даже особо не задумываемся над этим, возможно, феноменом.

«От одноклассников не последовало ни оскорблений, ни унижений, за что я им благодарна!»
В прошлом году в стенах моей школы произошел случай, который доказал, что современная молодежь умеет понимать друг друга и сострадать.
Три года назад к нам в класс пришла новенькая.  Назовём её  Карина. К слову, новые ученики появляются практически каждый год, и уже совсем скоро «старички» привыкают к ним, хоть иногда это бывает и нелегко: своя рубашка все равно к телу ближе.
Карина приехала из другой страны и фантастическими рассказами о своей прежней жизни не столько шокировала, сколько смешила нас, поставив себя тем самым в двусмысленное положение.
Скоро мы уже так привыкли к Карине, что даже забыли, как давно она с нами. Мимолетные рассказы Карины о проблемах в семье никто из нас не воспринимал всерьез, достаточно спокойным жалобам на отчима никто не верил, хотя вслух и мы сочувствовали, и жалели девушку. Так прошел год.
И тут появился отец Карины, не видевший ее, по словам девушки, более десяти лет. Девочки нашего класса недоверчиво отнеслись к известию: «Сначала она фигуристкой хочет стать, потом она — чудом выжившая среди друзей-наркоманов, которые все до одного уже скончались, а теперь отец заявился! Ну, неужели как-то иначе нельзя привлечь к себе внимание? Карина же неглупая и красивая! Могла бы рассказывать увлекательные истории про свою страну, тут уж простор для фантазий побольше, и выглядело бы все более реально». Однако, несмотря на чересчур хорошее воображение, Карина быстро обзавелась парой подруг.
— Что-то вас так мало, ребята! — хохочет учительница биологии. — «Весна и хорошая погода делают своё дело, не так ли? Где Юра? Болеет? Та-а-ак, как обычно! Только как он экзамены сдаст, не понимаю. Анжела, Вероника и Света в столовой задерживаются, да? Кого еще нет?
— Все на месте, — отвечает староста. — Хотя нет, стоп! Где Карина?
—  Ох уж эти опаздывающие! Вот они там где-нибудь в туалете повесятся, а мне отвечать! — смеется Марина Игоревна, знаменитая своими шутками на серьезные темы.
— Я видела, как Карина и Надя шли в медпункт! — вдруг вспоминает Ольга.
— Ксюш, сходи, посмотри, что там, — просит учительница.
Но уже через минуту дверь распахивается: на пороге Надя, близкая подруга Карины. На не буквально нет лица, но она цедит сквозь зубы Надя: «Не волнуйтесь, всё в порядке…» И тут в класс вихрем влетает Ксюша:
— Там в медпункте Карина!..
— Ксюша, не говори! — умоляюще шепчет Надя, но уже поздно.
— Карина там… вены порезала.
От шока и удивления все открывают рты, и многие вскрикивают от ужаса.Марина Игоревна первой пришла в себя и бросилась в медпункт.
Через какое-то время они с Кариной вернулись в класс. Карина очень бледная, запястья забинтованы, девушку немного пошатывает.
Мы поняли, что про сложности в семье она вовсе не шутила: непонятные запутанные отношения с родителями практически довели девушку до попытки самоубийства. Карина уехала к бабушке на Украину, где жила в течение нескольких месяцев, и обратно мы ее уже не ждали. Эта история потрясла буквально всех.
В конце весны, уже перед самыми  экзаменами, Карина вернулась. Никто из нас не ожидал ее приезда, а тем более появления в школе.
Несмотря ни на что, мы очень быстро забыли о происшествии – жизнь в классе текла своим чередом. Мы общались с Кариной так, как будто ничего не произошло, только, пожалуй, чуть бережнее и внимательнее.
 И  я только сейчас понимаю, что не в каждой школе к Карине бы осталось прежнее отношение, не в каждой школе сверстники ее стали бы утешать и поддерживать. Я уверена,  нашлось бы немало подростков, которые стали бы постоянно обзывать, дразнить и издеваться над своей одноклассницей после такого случая. У нас же все как-то прониклись проблемой Карины, отнеслись к ней с пониманием, хотя и с толикой осуждения.
Сама Карина говорит теперь: «От одноклассников не последовало ни оскорблений, ни унижений, за что я им благодарна! Мне было невероятно сложно и тяжело, и школа, пожалуй, единственное место, где я нашла настоящую поддержку».

Мои одноклассники друг за друга горой!
Среди моих соучеников можно найти совершенно разных людей: готы и рокеры, метящие в психологи и будущие экономисты, отдыхающие на Галапагосских островах и в спортивных лагерях, сироты и окруженные братьями и сестрами. Что уж говорить об успеваемости, если мы различаемся даже религией!
Среди нашего почти женского коллектива есть и свои лидеры. Мы подшучиваем друг над другом, можем быть лицемерными, можем быть высокомерными. Однако мы все-таки научились терпеть, а, главное,  считаться друг с другом, несмотря на различия. В самых сложных ситуациях все мои одноклассники способны сплотиться и сострадать, а ведь друзья познаются в беде. Катя, которую я знаю с первого класса, говорит: «Да, посмотри: каждый из нас — яркая индивидуальность. Мы все по-своему необычны, иногда реально невозможно понять друг друга. Но я рада, что мы готовы стоять друг за друга горой!»

Скажете: было бы неплохо, если бы подростки всегда были так дружелюбны! А я скажу: было бы скучно и… не по-настоящему. Мы так не умеем. В 15-17 лет мы атакованы всяческими проблемами — как реальными, так и надуманными. У каждого свои ветряные мельницы, свои особенности, свои переживания. Подросток просто не может быть одинаковым, а тем более в отношениях со сверстниками, которые до конца еще не понятны, а зачастую способны преподнести поразительные сюрпризы.

В  году 8736 часов. Из них более 1000 часов мы проводим в стенах родной школы. И когда школьные дни превращаются в кошмар наяву, триллер или боевик, где даже одноклассники готовы уничтожить тебя как, назойливого комара,  жизнь становится невыносимой. И даже остальные семь тысяч часов жизни вне стен учебного заведения не помогут восстановиться.
Конечно, радует, что есть школы, где хорошая учеба поощряется коллективом, а ученики способны сострадать и помогать другим. Но число жестоких друг к другу подростков невероятно велико. 
Так что тревогу стоит бить, иначе ненависть друг к другу будет у нас в крови.
Анна ЛИСИНА