Пять углов



Пабликатор
Школьные проекты
Колонка редактора
Девятиклассникам
Портфолио
Каталог профессий
Каталог вузов
Каталог сочинений
Каталог увлечений
Наши авторы
Вопрос в редакцию
Контакты
О нас
Архив номеров
Журнал старшекласcников
|

историяматематикаЕГЭ 2016Алые парусавыставкиЖурналисткиноМедиккаталог сочиненийГарри Поттерчто посмотретьолимпиадыувлечениястудентыКуда сходитьлайфхакиМинистр образованияКак сдать ЕГЭшколапоступлениеШкольные проектыколонка редакторабудни студентовКаталог вузовЛЭТИМного платятУчительрейтингвыпускнойробототехникароботыОбразовательная резняолимпиадаPokemon GOвысшее образованиеФотографДевятиклассникамабитур 2016Психологкуда пойти учитьсярусский языкНевская лигауниверситетБухгалтеркаталог увлеченийкак живут студентыинтервьюпабликаторТворческиеитоговое сочинениелайфхакфизикаВасильеваДля гуманитариевсочинениеобществознаниепутешествияКонцертЛучшее на СтенеОГЭИТМОинформатикаегэ 2017программированиеобразованиесвободное времяразвлеченияКак сдать ЕГЭ на 100 балловприемная кампанияЛогистобщагаличный опытлитературарейтинг вузовжурфаквступительныеОльга ВасильеваМГУНовыебюджетные местаМинистерство образованияРособрнадзорВостребованныеСтипендияурокивузыкнигикем бытьискусствоЕГЭДизайнерСПбГУПетицияпсихологияПосле 9-го классаВУЗСПбПУвыпускникимузыка

Мифология анархизма

14.02.2013 |
Просмотры
92

В этом году исполнилось 145 лет со смерти Пьера Жозефа Прудона.
Сегодня идеи его идеи — идеи анархизма — становятся всё более популярны.
«Собственность — есть кража» — главный постулат Прудона. Мыслитель имел ввиду крупную собственность, собственность в умеренном размере он считал благом.
Это не единственный пример, когда анархистов понимали неверно.

Миф 1. Анархия — хаос и беспорядок

Один из основоположников анархизма в России Пётр Кропоткин дал такое определение анархии — «это учение, которое стремится к полному освобождению человека от ига Капитала и Государства». Анархизм не отрицает общественных привычек, на которых стоит общество, писал Кропоткин, но вместо того, чтобы доверять заботу об этих привычках государству, анархизм требует деятельности всех членов общества.

Отвечая на возражения, что существующее общество охраняет его членов от преступлений, Бакунин писал, ссылаясь на французского статистика Кеттле, что «общество подготовляет преступления, а личности только выполняют их».


Миф 2. Анархия невозможна из-за природы человека

Кропоткин не идеализировал представление о людях, утверждая, что «мы [анархисты] далеко не живем в мире видений и не представляем себе людей лучшими, чем они есть... мы видим их такими, какие они есть, а потому и утверждаем, что власть портит даже самых лучших людей и что все эти теории «равновесия власти» и «контроля над правительством» не что иное, как ходячие формулы, придуманные теми, кто стоит у власти, для того, чтоб уверить верховный народ, будто правит именно он. 

На деле же государством народ нигде не правит. Везде богатые и обученные управлению управляют бедными. Мы знаем, что мы сами несовершенны и что даже самые лучшие из нас быстро испортились бы, если бы попали во власть. Мы берем людей такими, каковы они есть, и вот почему мы ненавидим всякую власть человека над человеком и стараемся всеми силами — может быть, даже недостаточно — положить ей конец».

Прудон , ссылаясь на философа Гроциуса, писал, что «человек начал равенством» и кончит им.


Миф 3. Анархия — это утопия

Кропоткин видел утопистов только в лице тех, кто поддерживает идею государства: «Вся наука государственного управления, созданная самими правителями, проникнута этой утопией. Но мы [анархисты] слишком хорошо знаем людей, чтобы предаваться подобным мечтам. Мы не прилагаем двух различных мерок, смотря по тому, идет ли речь об управителя».

Не лишним вспомнить и этимологию слова «утопия». Дело в том, что приставка «у» в греческом языке обозначает, то, чего нет, но то может быть, в отличии от приставки «а», обозначающий невозможность существования. Таким образом, утопия — земля, которой нет, но которая может быть.


Анархизм и религия

Часто анархиста представляют как атеиста, что тоже ещё один миф. Бакунин в «Революционном катехизисе» отрицал наличие бога, но считал, что каждый может служить любому культу и строить культовые сооружения за свой счёт. Таким образом церковь отрицалась им как некая религиозная корпорация, которая может воспитывать детей и вмешиваться в политику. О чём говорил ещё раньше Прудон, утверждая, что «для того, чтобы восстановить религию, надо осудить церковь». Те же мысли встречаются в поздних работах Льва Толстого, например, в рассказе «О разрушении ада и восстановлении его».


Анархизм и насилие

Среди анархистов многие в одинаковой степени придерживаются как пацифистких точек зрения, так и наоборот. В последнее время преобладает мирная форма деятельности, ибо террористы-бомбисты конца XIX начала XX веков надолго дискредитировали образ анархиста в сознании большинства.
Прудон считал, что «равенство не победило мечом потому, что оно должно победить словом».


Анархизм и образование

«Упразднение всех государственных университетов, причем забота об общественном образовании должна быть возложена исключительно на общины и свободные ассоциации», писал Бакунин. Многие анархисты видят в государственных образовательных учреждениях лишь очередной механизм, позволяющий клепать винтики для государственной системы, лишающий во многом человека возможности заниматься тем, чем он хочет и закрывающий образование для широких слоёв неимущих.


Что предлагает анархизм?

На этот вопрос трудно ответить однозначно, поскольку с середины XIX века, когда Прудон использовал кличку «анархист» как наименование целого мировоззрения, появилось очень много видов анархизма. Каждое из учений, базируясь на некоторых общих принципах, предлагает различные пути развития общества.

Например, Кропоткин был сторонником анархо-коммунизма, отрицая главенство партии в жизни такого общества.

В начале XX века возник анархо-синдикализм. Его сторонники видят основную силу, которая может изменить общество, в добровольных и свободных профсоюзах рабочих.

На сегодняшний день существует такое, казалось бы, странное течение, как анархо-капитализм. Где термин «свободный рынок» мыслится как рынок без государства. анархо-капиталисты считают, что «государственный капитализм» есть сговор крупного капитала с государством, что и дискредитирует рыночную систему отношений.

Некоторые ответвления анархизма акцентируют своё внимание на определённых проблемах (анархо-феменизм, эко-анархизм и прочие). Единственное, что отличает их от других, схожих по целям, объединений, это организация на свободных началах и видение причины всех бедствий в современном состоянии общества.

Среди «зелёных анархистов» особенно выделяются анархо-примитивисты. Это сравнительно молодое движение видит угрозу человечеству в цивилизации, в индустриальном и информационных обществах. Достижения прогресса разъединяют людей и делают их беспомощными, считаю анархо-примитивисты. Сегодня главным теоретиком этого учения является Джон Зерзан. Он призывает людей вернутся к тем временам, когда люди жили в гармонии с природой, занимаясь охотой и собирательством. В качестве одного из доказательств своей теории Зерзан приводит в пример племя дикарей. Они тратят на охоту несколько часов в день, а всё остальное время едят и развлекаются. Сравните этот образ жизни с режимом дня человека мегаполиса.

Главным, для анархистов всех мастей, пожалуй, остаётся принцип, о котором писали теоретики классического анархизма Прудон и Бакунин: «правом своим можно пользоваться постольку, поскольку это не причиняет ущерба праву другого», «политическая и экономическая организация социальной жизни не должна более... исходить сверху вниз и от центра к периферии, по принципу единства и вынужден­ной централизации, но снизу вверх и от периферии к цент­ру, по принципу свободной ассоциации и феде.


Анархизм сейчас

Сейчас, в России, из всех течений анархисткой мысли широко представлены, антиядерное движение, анархо-синдикалисты, Food not bombs (бесплатная раздача веганской пищи всем желающим на улице). и антифашисты.

Мне удалось задать несколько вопросов питерским антифашистам. Опасаясь быть узнанными органами МВД или своими врагами, они представились мне, как Папа, Э. и В.

- Как антифашизм соотносится с анархизмом?

- Папа — Антифашизм это составная часть анархизма, так как фашизм — главный антипод анархии. Антифашизм возможен без анархии, а анархия без антифашизма невозможна.


— Существуют ли в афа-движении иерархия, структура, лидеры?

Э. — Лидеров нет, есть авторитете, кто-то уважает, кто-то нет. Это не авторитаризм, потому что не все уважают авторитет в движении.


— Если всё держится на авторитете , получается, что всё организовывают один-два человека, а все остальные их слушаются?

Э. — Нет, организовать радикальную акцию или агитацию для школьников, например, может любой, просто никто не хочет этим заниматься. Это делаю люди, которые, как я сказал уже, идейные. Не каждому же дано умение агитировать, например.

В. — Антифашизм это не цельная система, если живёшь этим, то понимаешь, что никакой структуры нет. Есть различные автономные группы, нет явных авторитетов, которые бы могли мне сказать, что делать, а я бы стал подчиняться. Я хожу на акции вместе со своими друзьями, и среди нас все равны.


— Такой метод собирает много людей?

В. — Как сказать... вообще, антифашистами может назвать себя большое количество людей, они будут бухать, слоняться без дела, для них антифашизм это мода. Но есть люди, которые занимаются антифашизмом всерьёз. Я не представляю точно сколько нас, ибо никто нас не считает.

— Как бороться с бытовым расизм, с уличным неонацизмом остальным людям, ведь антифа довольно закрытая группа?

В. — Я бы не сказал, что это закрытая группа. Меня ведь там никто не ждал. Ко мне просто подошли ребята и предложили поучаствовать в антифа-акциях. Я сам не занимаюсь такой агитацией, но среди нас есть люди, которые, допустим, видят компанию неформалов, подходят к ним и завязывают разговор, стараются как-то просветить их. Информацию о нас можно найти в интернете.
Конечно, никто не пустит вас в более узкие круги, но можно начинать с малого, например, стикеры расклеивать, это тоже будет большой помощью нам.


— Как стать антифашистом?

В. — Ну, во-первых, надо самому понять, что ты не приемлишь нацизм и всё, что с ним связано и начать бороться. Начинать можно с простых споров среди своего окружения.


 Антифашизм приемлет убийство?

Папа — Убийство — нет, но самооборону с применением холодного оружия или травматического — да. Нас вынуждают к этому. Начиналось всё безобидно, мы побили их, они побили нас. Кто-то испугается и больше не будет заниматься такими делами.

Потом в ход пошли ножи. Год назад это было редкостью. Единственный случай, который я тогда знал, это убийство Тимура Качаравы. Максимум доходило до применения бутылок, кастетов.


— Почему антифашисты против убийства?

Папа — Мы считаем это аморальным. Человеку, какой бы он не был плохой, не мы дали жизнь, и не нам её отбирать. Хотя в некоторых кругах бытуют мнения, что пора самых отмороженных фашистов пора отправлять на тот свет, хотя я считаю это полный бред и ни к чему хорошему не приведёт.


— Так какой путь эффективнее насилия или мирный?

В. —Насилие никогда не бывает эффективным. Главный путь это работа с обществом.


— Кто финансирует мероприятия антифашистов?

В. — Ходят слухи, что нас спонсирует «Сионистское оккупационное правительство», «Моссад» или иностранные государства, которые хотят дестабилизировать обстановку в стране. Это, конечно, неправда, деньги собираются самими участниками в виде пожертвований, которые собираются на концертах, например, или акциях. Постоянного финансирования никакого нет, никто нас не оплачивает, это миф, и никаких банковских счётов заграницей у нас нет.


Среди этих ребят был ещё один, который представился как Х. Х. — анархист, скажем так. Он рассказал о своём понимании анархизма:


— Ты считаешь себя анархистом?

— Свои убеждения я никак не называю, но, чтобы обозначить какое-то направление, можно сказать, что это скорее анархизм.
Опять-таки я не могу называть себя анархистом, потому что анархисты бывают разные. Как и в любом движении, внутри анархизма существуют ответвления. Моя идеология не попадает под классический анархизм и неоанархизм. Я скорее левый, вот так.


— Но можно как-то конкретизировать то, чем ты занимаешься?

— Думаю, что нет. Я не занимаюсь чем-то одним. Скорее я могу заниматься разными делами в одном направлении. Раньше я, допустим, занимался пропагандой, а сейчас не вижу в ней большого смысла, не хочу сказать, что это плохо или хорошо, просто я не вижу себя в этом виде деятельности.
В принципе, любое движение предполагает различные группы лиц, которые занимаются разными вещами, но в одном направлении. Пропаганда сейчас мне не интересно, но, если допустим, кому-то потребуется помощь в этом, я могу поддержать.


— Пропаганда чего?

— Идей неавторитарной организации людей и, допустим, некого антикапиталистического движения, идей антифашизма, идей экологии, защиты животных. Можно сказать, что классический анархизм подразумевает все эти вещи, но в движении есть разные точки зрения на одни и те же вещи. К примеру, есть анархисты, которые ближе к марксистам, социалистам, таких я поддерживать не хочу, мне это не интересно. А вот, скажем, экоанархисты мне гораздо ближе.


- Если так много точек зрения, как добиться консенсуса?

— Консенсус возможен между несколькими людьми, но между группами людей он не возможен. Можно находить лишь общие точки соприкосновения, то есть организовываться ради достижения конкретных целей. Это подход афинити-групп, тех, что действуют в одном направлении. У них могут быть по некоторым вопросам разногласия, но это не мешает им действовать вместе в одном направлении.


- То есть лучше, если общество будет состоять из автономных групп, которые будут договариваться между собой?

— В принципе, да, лучше. К этому можно стремиться, как к абсолютной мечте, но любой человек, который участвует в движении, должен понимать, что не существует никакого абсолюта.
Теория анархизма принимает разнообразие людей, групп, но не даёт тебе универсального ответа, что всё будет отлично. Но если сравнивать анархизм с другими теориями устройства общества, то он мне ближе, чем идея какого-либо государства либерального лил тоталитарного.


- Чем отличаются государства, общающиеся между собой, от автономных групп, занимающихся тем же?

— Организацией. Если, обобщить, то государство имеет одну структуру, будь то социалистическое или капиталистическое, не важно под каким флагом они идут, ибо идут они в одном направлении. История показывает, что структура работает, а если она работает, то почему бы её не использовать, Но работает она плохо, меня это не устраивает. Анархизм не даёт тебе конкретной структуры. Если мы возьмём несколько общин, коммун, объединённых идеями анархизма, то увидим, что у них могут быть совершенно разные структуры: в одной есть лидеры, вожди, а в другой их быть не может.


- Разве при анархизме могут быть лидеры и вожди?

— Они могут быть при любом обществе. Человек по своей психологии стремиться за лидером, ему нужно, чтоб кто-то указывал направление, однако говорить, что всем нужны лидеры, нельзя.

Государство руководствуется мнением большинства, а в некоторых случаях и этого не происходит. Подчинение большинству — это уравнилово, что меня не устраивает. Если у меня есть точка зрения отличная от другой, то в нынешних условиях я оказываюсь проигравшим.

Современное государство — это большая машина, имеющая у себя как СМИ, так и армии. По большому счёту, небольшая группа лиц, которая выбиралась для выражения мнения большинства меняется и сама создаёт, то мнение, которое её устраивает.

Этой проблемы решён анархизм, так как в нём не предполагается руководство идеями большинства. Управление внутри маленьких групп формируются благодаря мнению самой группы. Если опять предположить несколько коммун, то у них могут быть разные точки зрения по одному вопросу, и никто не будет испытывать дискомфорт, если вы хотите поступать так, пожалуйста, а мы будем поступать иначе.

Имея такую чёткую систему как государство, подобное невозможно. Грубо говоря, ты со своим несогласием пойдёшь вразрез с системой, что не допустимо для сохранения её целостности.

Разница в подходах. Либо всё структурировать и организовывать, либо взваливать ответственность на маленькие группы, заинтересованные жить подобным образом. Если мне нравится одна группа, я живу с ней, если меня в какой-то момент что-то не устраивает, я могу перейти в ту группу, которая стал мне ближе.
В государстве такое невозможно.

Если мы будем говорить о сверхбольших группах, как государство, то ты не можешь перемещаться между ними, если например, поддерживаешь политику другой страны.


— Границы ради разделения людей или ради их безопасности?

— Ради безопасности государства. Для того, чтоб можно было эффективнее управлять, потому что если существует чёткая граница, что твоё, что чужое, ты можешь легко управлять своим. Если человек может свободно перемещаться из страны в страну без контроля, ты некий руководитель не знает, кто за него, кто против.

Также границы очень выгодный источник пополнения казны, по факту карманов небольшой группы лиц.

Но контроль стоит на первом месте.


— Если люди по психологии своей склонны идти за лидером, не может ли быть, что государство есть оптимальная организация людей?

— Для некоторых людей — да. Разница между государством и автономной группой в том, что, находясь в последней, ты можешь всегда покинуть её, если тебя что-то не устраивает.

Допустим, существует автономная группа с лидером, и вдруг этот лидер захотел абсолютной власти,формируя государство по сути, что делать другим группам?

Собственно, снова начинается борьба с государством.


— Хорошо, смотри, допустим, в некой автономной группе произошёл раскол. Спор вёлся вокруг проблемы выживания группы, меньшинство покинуло группу, причем меньшинство было право. Выходит, остальные должны погибнуть?

— Выходит, что да. Не существует идеальной модели общества, которая спасало бы от ошибок, так и жить было бы не так интересно, наверное. Если мы возьмём супербольшую группу — государство, где неправильное решение большинства приводит к гибели всех, включая правое большинство. Неверный ход государства приводит к большим потерям, чем, так сказать, при вольной структуре.


— Верен ли тезис, что ответственность — мать анархии?

- Да, наверное.


Невозможно дать однозначного ответа на вопрос, что есть анархизм, втиснув это понятие в рамки какой-либо научной системы, ибо он враг этих рамок.
Свобода мысли, слова, равенство людей без деления их по любому принципу, свобода каждого творить свою собственную жизнь, и быть хозяином лишь только самому себе, вот, что есть анархизм, по-моему.

Читайте также

Привязка статьи к блоку

ID статьи:
Сохранить
Самое читаемое
Комментировать