Пять углов



Наши опросы
Колонка редактора
Девятиклассникам
Портфолио
На практику — в ПУ!
Развлечения
Каталог профессий
Каталог вузов
Каталог сочинений
На дистанции
Каталог увлечений
Наши авторы
Вопрос в редакцию
Контакты
О нас
Архив номеров
Журнал старшекласcников
|

журналистикаолимпиадакаталог сочиненийитоговое сочинениеволонтерствоМинистерство образованияКаталог вузовМГУМинистр образованиявыставкаКаталог профессийувлеченияВсероссийские открытые урокистудия журналистики Калининского р-наВостребованныеобразованиеисторияКак сдать ЕГЭЧто почитатьНовый годлайфхакИван Трояновгимназия 19 ОрелпабликаторДля гуманитариевкнигиШкола 151музыкаспектакльНа практику — в ПУ!Куда сходитькуда поступатьвыпускнойэкзаменподготовка к ОГЭличный опытВУЗкарантинАкадемическая гимназия 56всё о поступлении 2019Школа 2 Березовкалитературавузысоветысоветы психологаэкзаменыинтервьюПроекторияисследованиерейтингУчитель75 лет ПобедыпутешествияЛето в городах РоссииолимпиадыЕГЭ-2022ИТМОСочинениеопросрусский языкНовыеОГЭаккредитацияканикулыМного платятинформатикакиночто посмотретькуда сходить в выходныепрофориентацияРостов-на-ДонуВПРЕГЭ 2018Девятиклассникамприемная кампанияВШЭВыходныерецензиякем бытьСПбГУподготовка к ЕГЭпоступлениеОльга ВасильеваНа дистанциишколафестивальРособрнадзоркак прошли ЕГЭ-2018подготовка к ЕГЭКонцертрейтинг вузовработаегэ 2017университетлицензияИгра престоловфизикаЛучшее на СтенеАлые паруса
Не только белый халат: об особенностях учебы в медицинском и о том, как стать врачом

Не только белый халат: об особенностях учебы в медицинском и о том, как стать врачом

Интервью у детского хирурга взял Иван Филатов,СПбГУ, г. Санкт-Петербург

Просмотры
291

Сколько людей действительно понимают, через что приходится пройти, чтобы стать «человеком в белом халате»? Детский хирург Максим Зуев рассказал, без чего не обойтись начинающему врачу и почему брать на себя ответственность за чужую жизнь — совсем не так здорово, как может показаться. 

— Почему Вы выбрали путь врача и как пришли в детскую хирургию?
 

— Сколько себя помню, всегда хотел стать доктором. Несомненно, роль сыграло и то, что мои родители — врачи. Они никак не подталкивали к какому-либо выбору, но у меня никогда не возникало желания стать космонавтом или слесарем, например. Хотя мой дедушка был слесарем. 

Я учился в гуманитарной школе, потом перевёлся в химико-биологическую. Когда пришло время поступать, выбор был следующим: Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. академика И. П. Павлова или Санкт-Петербургский государственный педиатрический медицинский университет Минздрава России. 

В первый на то время я попасть не мог: не было денег, так что поступил во второй. Уже там я задался вопросом: в каком направлении важно не только думать головой, но и работать руками? Ответ оказался очевиден: хирургия. 

У меня было два варианта: детское или взрослое отделение. Когда начал общаться с детьми, сразу понял, с кем хочу работать, и не пожалел ни разу. 

— По мнению некоторых студентов, обучение в медицинском вузе сложнее, чем в любом другом. Не ощущали ли Вы когда-нибудь, что учиться слишком тяжело? 

— Есть такая поговорка: «от сессии до сессии живут студенты весело». В медицинском это вообще не работает. Зато ты всегда чем-то занят, особенно, первые три курса. Когда начинаются клинические дисциплины, многое уже зависит от преподавателя. Из тебя могут, конечно, повыбивать душу, но это бывает редко. Если не хочешь учиться, никому ты и не нужен. 

Я считаю, что  должна быть возможность выгнать людей из института. Когда от профессии зависит жизнь и здоровье людей, отбор должен быть самым жёстким. У нас как в вузах рассуждают? Нечто вроде: «мы тебя, конечно, выгоним, но сперва созовём комиссию, а то вдруг решим дать второй шанс». И так до бесконечности. Я не знаю, что надо было сделать, чтобы «уволиться» с моего курса. Наверное, если подрался бы с ректором, тебя бы выгнали. 

— Что, помимо желания быть врачом, должно быть у абитуриента?

— Пожалуй, чёткое понимание того, что медицина — это сложно, и честность с собой. Если понимаешь, что не дотягиваешь, лучше не пытаться. Кроме того, нужно быть готовым всегда оглядываться на других, на их уровень, и не опускаться ниже. 

Важно принять, что работа врача — не красивый белый халат, а совсем другие вещи: умирающие люди, кровь, старость и тяжесть. Временами это действительно выматывает, а нужно сохранять человеческое лицо, когда к тебе приходят и буквально взглядом говорят: «Спасай, дружище».

— Что можете посоветовать тем, кто подаёт документы в медицинский вуз?

— Считать, что тебя учат недостаточно, стараться совершенствоваться любым способом. Путь к пониманию здоровья человека так же бесконечен, как путь к познанию Вселенной. Одни ползут, другие двигаются шагом, а третьи бегут вперёд и ещё нескольких за собой тащат. 

Нужно искать людей, которые помогут развиваться. В какой-то момент  понимаешь, что переход на новую ступень своими силами занимает слишком много времени. Поэтому важно искать и впитывать как губка: учиться даже у тех, кто сам учится у тебя. Все мы получаем разный опыт. Иногда, бывает, подсмотришь всего одно движение или фразу, которая помогает успокоить пациента, а сам до такого доходил бы годами. 

Важно тренировать способность замечать. Многое обнаружили случайно за счёт наблюдательности. Вспомним хотя бы пенициллин: однажды один микробиолог увидел, что в его чашке бактерии помирают из-за плесени, а грибы почему-то этого не делают. И вот, здравствуй, эра антибиотиков! 

— Какие особенности Вы бы выделили в профессии детского хирурга?

— Общение с людьми: разговаривать приходится много. И, прежде всего, нужно понимать детей: что с ними сейчас происходит, почему они плачут, зачем носятся по кабинету. Не менее важно понимать родителей, в основном, с ними приходится общаться. Ребёнок либо ещё маленький, либо слишком страдает или, напротив, вообще не в курсе, зачем пришёл. В любом случае, объясняешь обычные для тебя вещи людям, которые на врача никогда не учились. 

Родитель всегда хочет знать, почему ты забираешь его ребёнка. Кстати об этом, я считаю правильным неучастие родителей в процессе лечения. Они не помогают, а только мешают. Получается сплошное издевательство и над врачом, и над ребёнком, и над мамой или папой. 

По поводу операций. Иногда говорят, мол, хирург «режет человека». Мы не режем, а оперируем. Хирургия —это ремесло. Никто ведь не задаётся вопросом, переживает ли сантехник, откручивая трубы. Приходя в операционную, ты делаешь свою работу и никакого внутреннего преодоления нет. Во всяком случае, я с таким не сталкивался. Единственный психологически тяжелый аспект связан с тем, что пациенты иногда умирают.

Однажды к нам поступил мальчик с ранением в области грудной клетки, сбоку. Мы смотрим: рана, вроде, небольшая, а крови много. Потом увидели ещё одну рану, большую, у него на руке. Подумали, мол, теперь всё ясно: с руки накапало. А парень в сознании, разговаривает со мной, ничего страшного. В любом случае, ранение на груди есть, надо делать ревизию. Оказалось, ранение проникающее и затрагивает сердце. Мы открыли грудную клетку, я вижу, что при сокращении сердечной мышцы вытекает кровь. И появляется ощущение, что с того момента, как всё стало ясно, мальчик умирает. Иногда говорят, «жизнь зависит от действий хирурга». Так вот в 99% случаев речь не идёт о секундах, но в тот раз я чувствовал, как пациент умирает. А потом закрыл рану пальцем, и это чувство пропало: кто-то нажал выключатель. Тогда же появилась первая мысль: «Теперь я могу думать». 

Когда кровь перестала вытекать из раны с пугающей скоростью, у нас появилась возможность наложить швы. С мальчиком всё было в порядке, но опыт получился отвратительный. После такого понимаешь, что ни один здравомыслящий врач не хочет — вынужден спасать людей. 



Комментировать

Читайте также

Привязка статьи к блоку

ID статьи:
Сохранить
Самое читаемое