

Сам дуэт черпал вдохновение в двух источниках: американском лейбле Opium и легендарном калифорнийском клубе Viper Room. Тот самый клуб, где в девяностые крутились Кортни Лав и Ривер Феникс, а последний, к слову, трагически ушел из жизни прямо у его дверей в тысяча девятьсот девяносто третьем.
И хотя сам дуэт никогда не объявлял себя лидерами субкультуры, вокруг их эстетики начала формироваться целая тусовка. Однако, если присмотреться внимательнее, становится ясно: перед нами старая добрая история про нефоров.

Субкультура неформалов изначально возникла как способ выразить протест против устоявшихся традиций. Люди подчеркивали свою «непохожесть» необычной одеждой, прическами, татуировками и пирсингом. Советские стиляги еще в сороковых годах надевали яркие галстуки и танцевали под джаз; хиппи шестидесятых курили и проповедовали любовь ко всему миру; а панки плевали на авторитеты и носили рваные джинсы. Суть оставалась неизменной: отвергнуть мейнстрим и найти своих.
Вайперы идеально вписываются в эту схему: у них есть все четыре признака настоящего неформального движения. Во-первых, их стиль с крестами и заклепками работает как опознавательный знак «свой/чужой». Во-вторых, альтернативность: вместо поп-музыки и масс-маркета они выбирают нишевый звук и дизайнерские бренды с мрачной эстетикой. В-третьих, их образ жизни строится вокруг ночных тусовок, цифровой культуры и отказа от «нормального» поведения. Можно сказать, что вайперы — это готы без поэзии и панки без бунта.
Они всего лишь еще одна категория, еще один ярлык, но новый, современный. Психологи давно заметили: для подростков «уйти в неформалы» — это школа самостоятельного взросления, способ завоевать статус без помощи родителей и учителей. Поэтому давайте честно: все мы немного нефоры (или были ими). Вайперы не изобрели новую религию, мы все это уже видели, только называли иначе.
Фото на обложке: freepik
Евгения Щербенева