Евгения Щербенева
За два года (с 2022 по 2024) Россия потеряла 861 сельскую школу. NGS55.RU изучил статистику Минпросвещения, разобрался в последствиях закрытия школ и пришел к выводу, что проблема затрагивает всю систему образования.
Лидеры по закрытиям:
· Саратовская область: −176 школ (42% от общего числа)
· Московская область: −72
· Курская область: −62
· Воронежская область: −53
В Приволжском федеральном округе исчезли 387 школ, в Центральном — 283. Лишь на Северном Кавказе и в Крыму количество школ осталось почти неизменным.
В селе Большие Поселки Ульяновской области учатся всего 20 детей, пятеро из них специально приезжают из соседнего поселка. Но школу хотят «реорганизовать»: присоединить к другой как «корпус №2», а потом закрытьзакрыть. Мама ученицы Мария Решетникова говорит коротко: «… мы и боремся, потому что иначе мы вымрем». Она знает, о чем говорит не понаслышке: раньше жила в соседнем селе Комаровка, где когда-то работали сразу две школы. Когда их закрыли одну за другой, село начало угасать: уехали учителя, закрылся магазин, не стало молодых семей. Без школы пропал и смысл оставаться, пришлось собирать вещи и переезжать в Большие Поселки, где школа пока еще держится. Теперь Мария боится, что Большие Поселки ждет та же участь.
Почему это происходит?
Власти называют две официальные причины закрытия сельских школ: малокомплектность (когда в учреждении учится слишком мало детей, чтобы оправдать отдельное здание и штат педагогов) и аварийное состояние здания.
Если в СССР на образование направлялось в среднем 11–12% расходов госбюджета, то в современной России этот показатель составляет около 4% ВВП.
Экономист Елена Ведута объясняет глубинные причины происходящего: «Экономическим курсом, когда мы банкротим свои производства, экономика наша слабеет, уровень жизни падает. Конечно, становится экономически невыгодно содержать школы в сельской местности: они становятся слишком дорогие. Классический кризис: количество граждан уменьшается, прежде всего сельского населения. Все пытаются помчаться в крупные города, что тоже неправильно — все должно пропорционально развиваться. Нам нужна и деревня полноценная, и город нормальный, а не вот эти мегаполисы. ООН признает, что урбанизация — это смерть цивилизации. И, к сожалению, если следовать феодальному курсу развития страны, то вообще людям, живущим в деревне, никакое образование не нужно — логика здесь железная. Всякие программы и проекты, о которых мы много говорим, — это болтология».
Государству, как оказалось, проще организовать подвоз детей в районный центр, чем содержать здание и платить зарплаты штату ради десятка учеников.
Елена Ведута добавляет: «Раньше к планированию экономики относились очень серьезно и ответственно. Считали, сколько мест в классе, сколько рождается детей, сколько квадратных метров должно быть на одного учащегося. И поэтому создавались школы, цели были другие. Мы были мощной страной. А сейчас, когда у нас нет ни глобального проекта, ни экономического курса, закрытие сельских школ — это индикатор постепенного умирания нашей страны».
Закрытие школ запускает цепную реакцию вымирания сел. Дети тратят часы на дорогу в автобусе, теряют возможность ходить в кружки и секции, а родители не могут быстро приехать, если ребенку стало плохо. Система подушевого финансирования обрекает маленькие школы на гибель: без средств невозможно привлечь молодых учителей или отремонтировать здание.
По мнению Сергея Самолетова, доцента Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина, решать проблему нужно комплексно: «Нам необходимо возвращать систему распределения молодых специалистов, которые учились за счет средств федерального бюджета. Ту самую систему, которая существовала в СССР, когда выпускники вузов должны были отработать несколько лет по распределению в отдаленных уголках нашей страны».
Сам Самолетов после окончания университета отправился по распределению в Республику Коми и, как он признается, «ничуть об этом не жалеет»: для коренного петербуржца это стал ценным опытом и в профессиональном плане, и в плане личностного развития. Он также подчеркивает важность развития целевого приема абитуриентов из регионов с последующим их возвращением домой и создания достойных условий для работы молодых педагогов на местах.
Каждая закрытая школа запускает цепную реакцию: уезжают учителя, закрываются магазины, молодые семьи покидают село. Остаются только пожилые люди и заброшенные дома. Проблема заключается в том, что образование перестало быть приоритетом — независимо от места рождения ребенка. И пока это не изменится, вместе со школами мы будем терять будущее целых территорий.
Фото на обложке: freepik
