Мария Изюмцева
Что, если ваше тело — не просто оболочка, а целый оркестр? В театральной студии СПбГУ студенты разных факультетов учатся слышать его голос. Они доверяют музыке кожей и разговаривают со зрителем без единого слова.
Санкт-Петербург, репетиционный зал Театральной студии СПбГУ. Светлое помещение с большими окнами, софитами и микшерными пультами — молчаливые свидетели будущих спектаклей. Тишину здесь можно услышать кожей. Она плотная, звенящая, нарушаемая только ровным дыханием десятка людей, лежащих на прохладном деревянном полу. Преподаватель студии Юлия Николаевна тихим, но твёрдым голосом произносит:
Сфокусируйтесь на ощущениях. Не на мыслях. На ощущениях. Ваше тело — тяжелое. Вы чувствуете, как его вес придавливает к полу. Каждая точка соприкосновения. Лопатки, крестец, пятки, затылок. Не играйте в тяжесть. Чувствуйте её. Сейчас в любой точке вашего тела вы ощутите, как зарождается тепло. Оно не жжет. Оно согревает изнутри. Оно расползается по сосудам, по мышцам, заполняет кости. Вы наполняетесь теплом. Вы сами этот огонь.
Юлия Николаевна
Это не йога и не терапия, это — путь к познанию себя. Здесь, в этих стенах, тело перестает быть оболочкой или объектом для критики в зеркале. Оно становится главным инструментом. А к инструменту нужен уважительный, профессиональный подход. «Любительского театра не существует», — любит повторять один из наставников — Алексей Юрьевич, актёр и режиссёр, чьи пронзительные голубые глаза видят каждую «неправду». Поэтому студенты с разных факультетов, возможно, даже не планирующие связать жизнь со сценой, готовятся по тренингам из актерских училищ.
Акт 1. Море из тысячи голосов
Занятие переходит в активную фазу — начинается показ небольшого этюда на тему моря. Особенность в том, что поставили его двое студентов, решившие попробовать себя в роли режиссёров: Александр Коротышев (физика) и Мария Кох (клиническая психология).
Одна часть коллектива — волны: они шумят, двигаются и, что самое главное, ощущают себя могучей стихией. Другая — пытается понять, прочувствовать и показать чаек, уделяя особое внимание птичьему взгляду: отстранённому, но цепкому, «сквозь душу». Ещё трое становятся лодкой — здесь важна не визуальная составляющая, а продуманность образа, ведь преподаватели точно спросят: «Что за лодка? Из чего сделана? Какая эпоха?».
Показ длится минут пять. Режиссёры стоят в стороне, сосредоточенные и немного бледные. Их роль сейчас — наблюдать и потом пояснять свои идеи перед строгим «худсоветом». Когда движение замирает, в зале повисает молчание и начинается разбор.
Я хочу, чтобы вы достали из своего тела тысячу приспособлений, как звучит море. Просто произносить «ппшшш» слишком нарисовано, слишком по-детски. Море стонет, шипит, бурлит. Ищите эти звуки внутри. Ваше тело — целый оркестр
Наставляет Алексей Юрьевич
Маша и Саша записывают замечания в блокноты. Их этюд не разгромили. Им показали, сколько ещё есть неиспользованных возможностей.
В процессе работы над "морем" для меня было забавно вспомнить, что обычно человек в лодке сидит спиной к направлению движения. А ещё несколько "волн" придумали борьбу между разными течениями. Этот элемент и педагогам, и мне очень понравился.
Позже рассказывает Александр
Акт 2. Импульс, который нельзя придумать
Следующее упражнение — с закрытыми глазами. Юлия Николаевна включает музыку. Звучат первые, словно капельки, ноты С. В. Рахманинова «Fairy Dance of Twinkle and Shadow». Музыка негромкая, но эмоциональная: нервная, порывистая. Это не мелодия для фона. Это — импульс, который должен откликнуться в теле.
Позже его сменят другие, но задача всегда одна: «Расслабьтесь. И почувствуйте, когда в вашем теле откликнется, — наставляет Юлия Николаевна. — Не в голове — «ой, красиво». А в теле. В пальцах, в солнечном сплетении. Ощутите, как зарождается первый, самый робкий импульс от музыки. И позвольте ему вести себя. Доверьтесь своему телу».
И зал оживает. Но это не танец в привычном понимании. Это — материализация звука. Кто-то лишь покачивает головой, кто-то медленно поднимает руку, как будто её тянет невидимая нить. Тело, лишённое контроля, начинает говорить само за себя.
Я почувствовала полную свободу. Сначала вертелась мысль: «А так можно? А что подумают?» А потом музыка унесла меня. Я будто растворилась. Было одно пространство, наполненное звуком, и моё тело было его частью. Мне было так легко и хорошо, что в какой-то момент слезы сами навернулись. Это сложно объяснить.
делится впечатлениями после упражнения Сафина Каландарова, ученица 11 класса
Акт 3. Доверие на кончиках пальцев
А сейчас — работа в парах. Упражнение на доверие. Один — «слепой», второй — его «проводник». Задача — вести напарника по залу, полному случайных препятствий, используя только прикосновение кончиков пальцев к спине. В этом немом диалоге учатся слышать не ушами, а всем телом.
Егор (экономика), высокий брюнет, обычно уверенный в себе, сейчас осторожен, ступает робко. Его партнер, Глеб (геология), сосредоточенно ведет напарника, не командуя, а лишь намекая касанием. Егор постепенно расслабляется, его плечи опускаются, он начинает предугадывать маршрут.
Мне было тяжело расслабиться, особенно когда меня заводили на возвышение, откуда можно упасть, поэтому ведущим быть легче.
Признается Егор
Занятие завершается традиционным ритуалом. Все встают в круг, синхронизируют дыхание, стараются почувствовать общий импульс и как единый организм сходятся в центре, положив руки друг на друга. В этом простом действии — суть всего: из разрозненных «я» рождается целое, где тело каждого — не оболочка, а важная часть общего инструмента.
Мы начинаем с простого, заданного ощущения тяжести — оно понятно всем. Это настройка связи с телом. Потом человек переходит к своим, не заданным ощущениям, к тому, что живёт только в нем. Мы хотим, чтобы каждый вынес идею: мое тело — моя опора. Оно уникально и способно быть выразительным именно в этой уникальности.
Юлия Николаевна
Тело — это наш актёрский аппарат. Нельзя говорить текст, не включая тело, и нельзя отключать мозг в танце. Всё должно работать вместе и выражать конкретную идею и мысль. Если работает что-то одно — это провал. Забудьте, что вы второй гриб в третьем составе, а значит, никто не смотрит. Нет, на вас всегда смотрят, и надо любить это.
Алексей Юрьевич
