Ирина Банникова
25 апреля в Ярославль, на родину первого русского театра, с культурными гастролями приехал просветительский проект из Санкт-Петербурга Doctrina Et Nobiles.
У ярославцев была возможность на целый день погрузиться в мир культуры и узнать, как одеваться в театр, зачем нужен этикет и как вообще театр влияет на моду, кино и другие виды искусства. Мне удалось попасть на две лекции, которые проводила Полина Степанова — доктор искусствоведения, профессор кафедры драматургии и киноведения СПбГИКиТ.
Мероприятие проходило в арт-пространстве «Кущи». Место отличается особой домашней атмосферой и напоминает небольшую камерную сцену, где спикер и зрители находятся невероятно близко. В перерывах гости могли пить чай и общаться друг с другом.
Тема первой для меня лекции — взаимодействие театра с кинематографом. На протяжении часа мы «путешествовали» по разным странам и эпохам, выясняя, как же эти два вида искусства влияют друг на друга, ведь на первый взгляд они совершенно разные. Театр — это здесь и сейчас, ему необходимы живой актер и живой зритель. Кинематограф, в свою очередь, — это запечатленное время, как говорил Тарковский. Но чтобы увидеть их взаимодействие, Полина Степанова привела огромное количество интересных примеров фильмов и спектаклей, и мое внимание привлекли следующие.
Например, британский немой фильм «Несчастный случай Мэри Джейн», снятый в 1903 году, яркий пример того, как театральные приемы оказываются полезны в кино. Служанка, которой нужно растопить печку, наливает в нее слишком много парафина, из-за чего девушка вылетает в трубу. Финальная сцена — кладбище и могильная плита, на которой написано «В честь несчастной Мэри Джейн, которая не умела пользоваться парафином». Казалось бы, страшная и трагичная история, но перед тем, как налить в печку парафин, служанка несколько раз подмигивает зрителю, из-за чего создается эффект нереальности, фантазии режиссера. Этот прием называется французским словом «апарт» и заимствован он напрямую из театра.
Еще один театральный прием был использован во Франции в фильме «История одного преступления», который снял Фердинанд Зекка в 1901 году. Герой грабит и убивает человека, и после этого оказывается в тюремной камере, ожидая смертной казни. Режиссер использует прием «сцена на сцене», чтобы изобразить, как жизнь героя «пролетает у него перед глазами», пока он спит. Мы видим сразу два места действия. Над головой спящего персонажа вдруг исчезает кусок стены, и на этом месте возникает еще одна сцена с воспоминаниями героя о работе, семье и пьяных посиделках, которые привели к мыслям об ограблении.
Обратились мы и к современности, в частности к фильму Хлои Чжао «Хамнет: История, вдохновившая „Гамлета“». В картине показано, как в 1601 году
Шекспир создает «Гамлета» — свою первую трагедию — посвящая ее умершему сыну. Премьера в театре «Глобус» становится для его жены попыткой прикоснуться к ушедшему: в финальном монологе умирающего Гамлета она тянет руку к актеру. Это важнейший кадр, который кричит о том, зачем мы ходим в театр и в кино — чтобы остро пережить чувства, прикоснуться к прошлому и увидеть мир глазами другого.
Нам с вами уже сложно представить спектакль, где бы не было видеоинсталляций, уже используются даже прямые трансляции прямо во время действия. В доказательство этого Полина Степанова приводит спектакль «Процесс» польского режиссера Кристиана Люпы. В 2019 году эту постановку показали на сцене Александринского театра. Когда в начале спектакля главного героя арестовывают, камера расположена таким образом, что мы в мельчайших деталях видим мимику актера, которую без видео было бы очень тяжело разглядеть из зала.
Эта тема вызвала большой интерес у слушателей лекции. Одна из зрительниц задала вопрос, насколько сильно распространено применение видеокамер в спектаклях? Из ответа стало понятно, что, например, на театральной карте Петербурга нет практически ни одного театра, который бы не использовал видеоинсталляции. Актеры уже научились взаимодействовать с камерой, игнорировать ее. В каких-то спектаклях это выглядит очень интересно и гармонично, а в каких-то постановках этого компромисса между видео и живым искусством, к сожалению, не происходит.
Еще одна зрительница спросила, а может ли просмотр спектакля, записанного на камеру, компенсировать настоящий поход в театр? На этот вопрос Полина Степанова с уверенностью отвечает «нет». Об этом ведется много споров, но телеспектакль — это все-таки не настоящий театр, ведь камера может, например, по-другому увидеть актера. Это очень тяжелый и интересный разговор, и с каждым годом он будет нарастать всё сильнее и сильнее.
Создав интригу, Полина Степанова пообещала, что эту тему мы еще более глубоко затронем на следующей лекции — и действительно, разговор получил продолжение во второй части.
Следующая лекция проходила в формате дискуссии. Участие в ней приняли Полина Степанова, а также Юлия Скороходова — автор и продюсер фестиваля «Волков.Подмостки» и Анастасия Колесникова — драматург этого проекта.
Во время беседы Юлия Скороходова поделилась планами проекта на ближайшее время. Уже совсем скоро театр в нашем городе выйдет за пределы сцены. В Ярославле есть множество объектов культурного наследия, которые превратились в молчаливые памятники истории. Задача проекта — вернуть им голос, создать истории про эти дома, здания, рассказывать, что с ними происходило раньше, чтобы люди через театральное представление смогли познакомиться с нашим городом, который хранит тысячелетнюю историю.
Интересным получилось и рассуждение о «борьбе» за молодого зрителя. В наше время молодежь всё меньше ходит в театр, почему-то считая это немодным. Как же завлечь молодую аудиторию на спектакли? Тут вспомнили, как пару лет назад в Ярославле был создан проект «Театр в трамвае», аудиоспектакль, который можно было послушать, прокатившись в трамвае. Туда активно шла молодежь, а затем, вдохновившись, бежала покупать билеты в Волковский театр.
Ближе к концу лекции мы вновь вернулись к обсуждению взаимодействия между разными видами искусств. Анастасия Колесникова, рассуждая об этом, сказала, что по ее мнению использование видео в спектакле — это просто еще один интересный элемент, который подарили нам технологии. Раньше в театре были свечи, а сейчас есть свет. Так же и с видео. Оно приходит в нашу жизнь и одновременно с этим приходит на сцену, ведь она тоже существует в одной с нами реальностью. А вот видеоспектакль, по мнению Анастасии Колесниковой, никогда не создаст настоящий эффект театра. Он дает другие эмоции, другие впечатления.
В финале беседы Полина Степанова спрашивает Юлию Скороходову про театральную мечту, на что та смело отвечает, что с командой хочет сделать Ярославль местом, где театр будет везде, чтобы через него можно было узнать историю нашего города.
Этот день в Ярославле стал настоящим праздником для всех, кто любит театр и хочет понять его глубже. Это была прекрасная возможность заново открыть для себя магию сцены, увидеть, как театр переплетается с кино, историей и жизнью города.
Фото на обложке: Doctrina Et Nobiles
