Варвара Гагарина
В четырнадцать лет, после просмотра «Голодных игр», я искренне боялась Жатвы. Меня пугало, что за красивыми улыбками и сытыми лицами скрывалось абсолютное равнодушие к чужой жизни. Потом я выросла, поступила в универ и поняла: не нужно ждать Квартальной битвы, чтобы оказаться в антиутопии. Настоящая Жатва происходит в телефоне: когда заходишь на «Госуслуги», чтобы посмотреть результаты ЕГЭ. Тот же конверт, только в СМС-уведомлении, который делит твою жизнь на «до» и «после».
В финале «Сойки-пересмешницы» Китнисс получает всё, что хотела, но понимает: победа не принесла счастья. Вот и я. Сижу на кухне съемной квартиры, за окном Питер, в Ижевске остались родители и завод, гудящий по расписанию. Я поступила, учусь, живу в большом городе. Но почему я не чувствую себя победителем? Неужели выживать теперь придется всегда?
