Елена Труфанова
В российской политике о правах женщин долгое время не говорили. Если о них и вспоминали, то лишь в контексте демографических проблем и «традиционных ценностей». Но в мае партия «Новые люди» представила «Манифест женщин России». В документе речь идет не только о семье и материнстве, но и о домашнем насилии, сталкинге, унижении женщин, неравной оплате труда и ограничениях в выборе.
Это редкий для российской политики последних лет случай, когда о правах женщин пытаются говорить не только как о приложении к демографической повестке, но и как о самостоятельной общественной проблеме.
Но это не первая подобная инициатива — в разные времена и другие активисты пытались бороться за права женщин.
Рассказываем о политиках, правозащитниках, общественных деятелях и активистах, пытавшихся сделать жизни своих соотечественниц лучше, и объясняем, чего они добились.
Оксана Пушкина
Оксана Пушкина — бывшая депутат Госдумы, телеведущая и одна из самых заметных фигур, пытавшихся вывести тему домашнего насилия в поле официальной российской политики. В конце 2010-х именно она стала одним из главных публичных лиц законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия — документа, который должен был впервые закрепить в российском законодательстве само понятие домашнего насилия и создать систему защиты пострадавших. Законопроект предполагал ввести охранные предписания, развивать кризисные центры и вести профилактическую работу с агрессорами.
Но консервативные политики и религиозные организации инициативу не оценили и назвали законопроект «угрозой традиционной семье». В результате, несмотря на более чем десятилетние обсуждения, документ так и не приняли. Среди прочих достижений Пушкиной — активная поддержка фонда «СПИД.Центр» и работа в проектах по защите детей и женщин в уязвимых ситуациях.
Мария Мохова
Мария Мохова — общественная деятельница, одна из ключевых фигур российского движения против сексуализированного и домашнего насилия. В середине 1990-х она стала одной из создательниц центра «Сестры» — первой в России организации, системно помогавшей женщинам, пережившим сексуализированное насилие. В то время эта тема оставалась табуированной, пострадавшие редко обращались в полицию, а общество и государство предпочитали относить случаи такого рода преступлений к частным, не требующим особенного внимания. Кроме того, нередко именно жертву считали виновной в совершенном над ней насилии. «Сестры» пытались изменить эту ситуацию. Центр предоставлял психологическую помощь, юридические консультации и кризисную поддержку женщинам, столкнувшимся с насилием.
Под руководством Моховой проект стал не только сервисом помощи, но и важной просветительской площадкой. Организация обучала психологов и волонтеров, запускала горячие линии, проводила кампании против виктимблейминга и добивалась того, чтобы тема сексуализированного насилия перестала быть невидимой в российском публичном поле. Во многом именно благодаря работе «Сестер» в России сформировалась профессиональная и общественная инфраструктура помощи пострадавшим.
Мария Арбатова
Мария Арбатова — писательница, драматург, публицист и одна из самых известных публичных фигур российского феминизма 1990-х и 2000-х годов. Особую известность ей принесло участие в телевизионных ток-шоу и публичных дискуссиях, где Арбатова регулярно выступала против патриархальных представлений о роли женщины. Она критиковала культуру, в которой насилие внутри семьи воспринималось как «личное дело», а женщины сталкивались с давлением общества в вопросах брака, материнства и внешности.
Для российской медиа-среды начала 2000-х подобная риторика была редкостью, а разговор о феминизме чаще воспринимался как маргинальная или «западная» тема. Арбатова также активно выступала за развитие кризисных центров для женщин, поддержку матерей-одиночек и защиту репродуктивных прав. Она поднимала тему неравной оплаты труда, дискриминации женщин на рынке работы и сексистского отношения к женщинам в политике и медиа. В своих колонках и интервью Арбатова часто говорила о том, что российское общество сохраняет двойные стандарты, при которых от женщин ожидают одновременно социальной покорности и полной ответственности за семью и детей. При этом ее деятельность регулярно вызывала резкую реакцию со стороны консервативной части общества. Арбатову критиковали за «агрессивный феминизм» и «разрушение традиционных ценностей».
Сардана Авксентьева
Сардана Авксентьева — депутат Госдумы, бывшая мэр Якутска. В своих публичных выступлениях она поднимает тему структурного неравенства женщин на рынке труда и использует термин «зарплатный штраф за материнство», когда женщины после рождения детей теряют доход, карьерные возможности и доступ к руководящим позициям. Авксентьева неоднократно говорила о том, что значительная часть разрыва в оплате труда между мужчинами и женщинами связана не с квалификацией, а с тем, как устроен рынок занятости: женщины чаще концентрируются в бюджетных сферах (образование, здравоохранение, соцработа), где уровень оплаты ниже, и реже доходят до управленческих должностей. Она считала, что нужно снижать гендерную сегрегацию труда и расширять доступ женщин к высокооплачиваемым и «мужским» профессиям.
Еще Сардана Авксентьева считала, что нужно пересмотреть «список запрещенных для женщин профессий», который ограничивал доступ женщин к ряду высокооплачиваемых и производственных специальностей (например, в тяжелой промышленности, ряде технических и транспортных профессий).
Если говорить о домашнем насилии, то здесь Авксентьева уверена: одного только уголовного преследования недостаточно. Нужна именно системная профилактика. Например, важно открывать еще больше кризисных центров, куда могли бы обращаться женщины в ситуации угрозы или насилия, а также усиливать защиту уже пострадавших женщин.
Ирина Хакамада
Ирина Хакамада — политик, публицист и одна из самых заметных женщин в российской публичной политике 1990-х и 2000-х годов. Она выступала против патриархальных представлений о месте женщины в обществе и говорила, что экономическая независимость женщины — основа для ее безопасности.
В выступлениях и книгах Хакамада неоднократно говорила о том, что российская культура воспроизводит модель, при которой женщинам приходится постоянно доказывать свою профессиональную состоятельность, сталкиваясь с сексизмом как в политике, так и в бизнесе. Она критиковала общественные ожидания, требующие от женщин одновременно быть успешными профессионалами, отвечать за семью и соответствовать навязанным стандартам «женственности».
Часто Хакамада говорила и о том, что женщины должны самостоятельно определять свою жизненную траекторию — вне давления государства, общества или семьи. В публичном поле политик подчеркивала, что гендерное неравенство существует не только из-за формальных прав, но и из-за культуры повседневного отношения к женщинам: от языка и медиа до устройства рынка труда и политики. Помимо политической деятельности, Хакамада участвовала в общественных дискуссиях о правах женщин, насилии, профессиональной дискриминации и психологическом давлении на женщин в обществе.
