«Сесилия должна была умереть первой». Именно этой фразой начинается дебютная кинокартина режиссера Софии Копполы с неоднозначным названием «Девстенницы-самоубийцы». Беззаботный летний день резко сменяется сценой, где тринадцатилетняя Сесилия Лисбон, самая младшая дочь семейства, лежит в ванной. Позже мы узнаем, что это была ее первая попытка покончить с жизнью.
Без спойлеров
После одного инцидента Люкс (теперь уже самая младшая дочь) и ее сестры подвергаются коллективному наказанию – домашнему аресту. И, наверное, именно в этот момент конфликт в семье Лисбон доходит до точки невозврата.
Самоубийство - не выход
Вообще, само название фильма отсылает к тому, что случится со всеми оставшимися четырьмя сестрами в конце. Но неужели режиссер посмел романтизировать подростковые самоубийства?
Дело в том, что образ девочек Лисбон делали намеренно нереальным и идеализированным, чтобы они казались просто плодом воображения соседских мальчишек. Фильм пытается показать, что жизнь не крутится вокруг одного человека или пяти девочек-подростков, показывая, что самоубийца делает хуже только себе и своим близким. Соседи семьи Лисбон даже подозревают, что смерть Сесилии была подстроена, чтобы получить страховку.
А в конце люди даже шутят над этим, делая вид, что история семьи Лисбон – очередная городская легенда, чтобы развеселить толпу.
Я не из тех зрителей, кто любит плакать над фильмами. Но даже мне просмотр кинокартины оставил рану на сердце. Только одного кадра с несчастной Сесилией и ее матерью, плачущей у ограды, было достаточно, чтобы растрогать. Смотря на то, как она проявляет религиозный фанатизм в совокупности с полным безразличием по отношению к чувствам дочерей, начинаешь чувствовать, каково им было. Они не могли даже с кем-то поговорить вне дома, не могли ходить в школу, не могли слушать музыку и уж тем более, после того, что сделала Люкс, общаться с мальчиками. И понимаешь, какое одиночество они испытывали.
Но в особенности было жалко Сесилию. Ее первая попытка самоубийства была криком о помощи, просьбой к родителям обратить на нее внимание, а не: «Дорогая, мне совершенно нет дела до твоих бразильских лягушек». Этими «бразильскими лягушками» была вся ее жизнь, до которой ее родителям не было дела. И на «реабилитационной» вечеринке она вновь чувствует себя лишней и ненужной.
Картинка в этом фильме стоит отдельного упоминания. Она чудесна, и каждый раз, просто с помощью цвета или интерьера, ей удается передать настроение. Не зря девушки, посмотревшие этот фильм, любят делится кадрами оттуда в социальных сетях, делать коллажи или ставить на заставку телефона любимую сестру Лисбон.
Это мрачный фильм, сложный, он далеко не для всех и подходит не под каждое настроение. Но именно когда «все карты складываются» он становится не только прекрасным кино на вечер, но и пищей для размышления.
