Дана Минор
Поисковый отряд «ЛизаАлерт» сообщил пугающую статистику: в 2025 году в Петербурге пропали 612 детей. Двое найдены погибшими, один не найден до сих пор. В масштабах страны цифры еще страшнее: ежегодно в полицию поступает 40 тысяч сообщений о пропаже несовершеннолетних, тысяча из них так и остается не найденными к концу года.
Одно из главных правил безопасности, к которому Халилов советует приучать ребенка с малых лет, звучит жестко и безапелляционно: взрослый не должен обращаться к ребенку за помощью.
«Нужно объяснять: мы же не спрашиваем у детей, где дорога. Мы не просим их нас куда-то провести. Взрослые не должны обращаться к детям за помощью», — объясняет спасатель.
Эксперт предлагает четкую систему координат: все взрослые делятся на три категории. Зеленая — родные и близкие. Желтая — друзья семьи, соседи, знакомые. Красная — незнакомцы. С последними нельзя коммуницировать в принципе. С желтой категорией можно общаться, но уходить с ними эксперт разрешает только в одном случае: если родители напрямую сказали, что этот человек должен встретить или сопроводить ребенка.
При этом Халилов признает: дети не воспринимают инструктажи всерьез.
«Сколько бы вы ни проводили инструктаж, они все равно по-своему относятся ко многим вещам», — считает Эдуард.
А значит, единственная рабочая стратегия — полный контроль, пока ребенок находится в уязвимом возрасте.
Если раньше родители боялись отпускать детей в лес — из-за диких зверей, змей и насекомых, то сегодня главная угроза, по словам эксперта, переместилась в город и в смартфон.
«Сейчас в лесу для ребенка безопаснее, чем в интернете и в городе», — констатирует Халилов.
Особую опасность представляют взрослые, которые под видом сверстников втираются в доверие к детям в соцсетях и онлайн-играх. Схема стандартная: переписка, просьба прислать фото, шантаж. Самостоятельно выйти из этой ловушки ребенок не сможет — только при вмешательстве родителей и спецслужб.
Спасатель рекомендует не игнорировать технические средства защиты: нужно устанавливать приложения-фильтры, ограничивать время использования устройств, контролировать игры и переписки. GPS-часы и трекеры тоже работают, если использовать их осознанно.
Кто-то скажет, что это вторжение в личное пространство ребенка. Однако именно такое вторжение может стать последним шансом на спасение в критической ситуации.
«Это не просто так придумывается. Это придумывается как раз с задачей, чтобы дети были больше под правильным контролем», — уверен он.
При этом Халилов предупреждает: ни одно средство не дает стопроцентной гарантии. Даже если запереть ребенка дома, остаются риски, что с ним что-то случится.
«Здесь мы можем просто минимизировать шансы на какие-то неприятные страшные ситуации», — говорит эксперт.
Впрочем, и паниковать не надо. Когда дело касается безопасности, нужно мыслить трезво, без паранойи. Главное — последовательно формировать культуру безопасности внутри семьи.
Мы спросили, что делать в первую очередь, чтобы обезопасить детей, и тут Халилов отвечает неожиданно просто: «Нужно чаще общаться со своими детьми и понимать, что у них в голове, как они мыслят, как действуют и чем они живут».
