Сергей Зиновьев
Вспоминая все свои собеседования, многие пытаются быть лучшей версией себя. Признайтесь, многие даже привирали о своих достижениях.
Конечно, это была ложь во спасение. Нам искренне хотелось, чтобы работодатель что называется «схавал» и поскорее попасть в офис.
Но однажды все изменилось.
Несколько лет назад я пришел собеседование в компанию, в которой не хотел работать. Да, так бывает. Я уже к тому времени получил хороший оффер в другой организации, отчего у меня был приподнятое настроение и я скорее ради фана, решил сходить еще и туда.
Я честно рассказал о себе все — предстал таким какой есть, с минусами, подробными историями своих провалов и то, как мне потом приходилось выкручиваться. Я смеялся и вел себя довольно нагло.
Каково же было мое удивление, когда руководитель, выслушав меня сказал: «А вы мне нравитесь, мы вас берем».
При этом мне предложили еще более высокую должность. Я не мог поверить своим ушам. «За что?». А все очень просто — я был настоящим, а это — один из самых главных козырей.
Сегодня запрос на искренность приходит на смену синдрому отличника. Объявлять свои провалы стало нормой. Ведь так работодатель точно будет знать, что можно доверить новому сотруднику, а что нет. Ну и конечно что можно доработать.
Однако за романтической тягой к искренности скрываются как жесткий бизнес-расчет, так и риски манипуляция от корпораций.
Безупречность настораживает
Карьерный консультант Татьяна Кутепова считает, что провал, в отличие от победы, оставляет почву для глубокого анализа.
«Очевидно, что нанимателю важен не сам факт ошибки, а то, как кандидат о ней рассказывает и какие выводы из этого сделал. А еще это показывает скорость адаптации человека. Как быстро он разобрался с ситуацией и какие выводы сделал, чтобы не наступить на эти грабли снова», — отметила она.
Кутепова назвала ключевые моменты, которые работодатель отмечает, слушая ваши признания в ошибках:
Зрелость и ответственность: перекладываете ли вы в случае проигрыша, вину на рынок, коллег или берете ответственность на себя.
Причинно-следственные связи: понимаете ли вы, где именно просчитались.
Скорость адаптации: кандидат с багажом проработанных ошибок и вынесенными уроками стоит для компании значительно дороже, чем «необстрелянный» специалист. Это и есть те самые прожженные кандидаты с опытом.
Если задуматься, то мода на факапы рискует превратиться в инструмент психологического прессинга.
Дарья Митина, председатель Независимого Профсоюза «Новый Труд»:
«Раньше это называлось стресс-тестом. Проблема в том, что у многих работодателей это превратилось в систему подбора работников-лузеров. Нередко цель эйчара — обесценить соискателя с порога, чтобы потом максимально дешево заполучить сотрудника и «подвинуть его по условиям. Спасением от такой токсичной модели становится платформа — там оценивают качество работы и навыки сегодня, а не выбивают признания в прошлых неудачах».
Но главное, что лед уже тронулся — честность на собеседовании уже хороший сигнал. Мы давно поняли, что идеальных людей не существует, а те, кто хочет ими казаться, как раз таки дальше всех от идеала.
Поэтому ключевым фильтром останется не отсутствие провалов, а способность быстро их замечать, исправлять и не повторять снова. Это и есть человеческое отношения работодателя к кандидату и наоборот.
